В лекции о сказках Валерия Бондаренко я услышал фразу, которая мне очень понравилась: мы чего-то не знаем, а сказка знает.
Сказка рассказывалась задолго до нас, переходила от человека к человеку, менялась, пока однажды не была записана. И за это время в ней оседало знание о том, как устроен мир.
Есть у Афанасьева сказка «Смерть петушка».
Петушок подавился бобовым зёрнышком. Курочка бежит к речке за водой, но речка просто так её не даёт:
— Принеси мне лист с липки.
Липка просит нитки у девки. Девка — молоко у коровы. Корова — сено. Сенокосцы — косу. Кузнецы — уголь.
Причём каждый знает, зачем курочке всё это нужно. Она каждый раз говорит про петушка, который лежит «ни спышит, ни сдышит».
Но устройство мира от этого не меняется.
Тебе что-то нужно от меня — сначала принеси то, что нужно мне.
Сказка знает: мир во многом работает по законам обмена. Чтобы что-то получить, приходится что-то отдать.
Кстати, она знает и ещё одну неприятную вещь. Курочка проходит весь квест, запускает цепочку обратно и приносит воду. Но уже поздно. Петушок мёртв.
Можно всё сделать правильно — и всё равно не получить желаемого результата.
Но сейчас не об этом.
Несколько дней назад я шёл со встречи в офис. По дороге есть чебуречная.
И тут — щелчок!
— Вы можете купить мне чебурек?
Мужчина, который это сказал, буквально за несколько секунд до этого вышел из двери этой самой чебуречной.
Я остановился.
Купить мне было несложно. Вопрос был скорее в другом: хочу ли я вообще входить в эту историю, тратить время, заходить внутрь, ждать заказ.
Никуда я не торопился. Денег было не жалко. Я уже почти решил, что да.
И тут он добавил:
— Я вам книгу подарю.
Щёлкнуло ещё раз.
— Пойдёмте.
— Нет, я здесь подожду. Только с мясом не покупайте. С картошкой, пожалуйста.
Ему было очень неловко.
Я зашёл внутрь.
— Чебурек с картошкой есть?
— Вам обычный или XXL?
— Давайте XXL.
Уже потом я понял, что и здесь была интересная деталь.
Я мог купить два чебурека. Мог взять ещё сладкий. Мог вообще набрать еды на своё усмотрение.
Но у нас уже появилась договорённость.
Один чебурек. С картошкой.
И только внутри неё оставалось пространство, которым я мог распорядиться сам.
Обычный или XXL.
XXL.
Я вышел, отдал ему чек и сказал, что минут через пятнадцать можно будет забрать заказ.
— Спасибо вам большое. Выбирайте книгу.
Потом добавил:
— А хотите лучше, стихи? Мой друг пишет.
Причём на стихах он настаивал даже больше.
Мне было всё равно, что взять — книгу или эти листы. Я покупал ему чебурек не ради книги и не потому, что мне обязательно нужно было что-то получить.
Для меня эта часть обмена была формальностью, но не для него.
Ему было важно не просто получить чебурек. Ему было важно что-то отдать в ответ.
Поэтому спорить я не стал и взял стихи.
Это был лист А4, распечатанный с двух сторон. На последней странице одно четверостишие было зачёркнуто, а ниже от руки написана другая версия.
Я не знаю, действительно ли их написал его друг.
Но было ощущение, что эти листы для него что-то значили.
В стихах была Любовь, которая явилась к людям.
Был Христос, «дарованный небом».
Было Агапэ.
А в зачёркнутом варианте последнего четверостишия над миром сияла благодать.
И вот здесь для меня соединились два предыдущих поста.
Сказка, которая что-то знает.
И щелчок — маленькое событие, которое выделяется из фонового шума, а потом продолжает раскручиваться внутри.
Мужчина мог просто попросить у меня еды.
Но сказал:
— Я вам книгу подарю.
Ему было нужно получить — но, похоже, было не менее важно иметь возможность что-нибудь дать.
И в этот момент человек возле чебуречной показал мне тот же принцип, который сказка знала задолго до нас.
Только чуть сложнее.
Не обязательно за всё платить.
Но отношения возникают там, где движение идёт в обе стороны.
Мы довольно хорошо умеем ждать то, что должно быть нам даровано.
Любви.
Благодати.
Другого человека.
Бога.
Но если мы хотим, чтобы всё это появилось в нашей жизни, остаётся один неудобный вопрос:
А что в этот момент несём навстречу мы сами?
